(Поповская? Советская? Сегодня — Рабби Цирельсона)
Улица Рабби Цирельсона заканчивается так же неожиданно, как и начинается, заняв всего полквартала улицы Василе Александри, тянущейся до и после нее. Как возникла эта улочка среди улицы, насчитывающая всего восемь домов, улица, длина которой равна ее же ширине?
Почему улица с таким названием появилась в Кишиневе, объяснить легко. Имя Идэ-Лейб Цирельсона известно далеко за пределами Кишинева. Лейб Моисеевич Цирельсон (раввин Иегуда Цирельсон) с 1908 года был главным духовным и казенным раввином Бессарабской губернии. С 1910 по самый октябрь 1917-го — и главным раввином России — возглавлял всероссийскую раввинскую комиссию. Получил звание Почетного Гражданина Российской империи и генерала-духовника. После присоединения Бессарабии к Румынии в 1918 году и до самой смерти он продолжал оставаться главным раввином Бессарабии. За это время основал в Кишинёве еврейские детские сады, ряд учебных заведений. В 1920-м его избрали сенатором в румынский парламент, он был персоной, вхожей к королю, но с ростом антисемитских настроений в Румынии и принятием нескольких дискриминационных законов, демонстративно снял с себя парламентские полномочия. В 30-х гг. был избран почетным членом правления Большой синагоги в Вене, а в Кишиневе, наряду с теологической и благотворительной деятельностью, вел публицистическую работу, прослыл прекрасным оратором и пользовался огромным уважением.
Лейб Цирельсон остается одним из крупнейших авторитетов XX века в своей сфере.

Погиб Рабби Цирельсон — по одной версии — 25 июня 1941 года во время бомбардировок Кишинева. Но так как район, где он, по воспоминаниям современников, жил, уцелел при бомбежках, можно верить и второй версии, согласно которой раввин Цирельсон, собравший самых авторитетных евреев Бессарабии и пришедший с петицией в штаб румыно-германской армии, был расстрелян 6 июля 1941 г. вблизи Кишинёва.
Почему именем Рабби Цирельсона в 1992 году по инициативе еврейской общественности назвали именно этот отрезок старого Кишинева, тоже понятно. Большую часть нечетной стороны улицы занимают все еще величественные руины синагоги (останки строения под №8, несмотря на многолетнюю заброшенность и непрекращающееся разрушение, назвать развалинами язык не поворачивается), составлявшей вместе с богадельней – домом престарелых – единый архитектурный комплекс. А соседствующий с синагогой с другой стороны дом – под номером 6 – долгое время был хедером – начальной религиозной школой для мальчиков. Можно было бы удивляться, что одному кварталу ул. Александри, да и то неполному, придали статус улицы, но и этому есть простое объяснение.
Синагогу с прилегающим к ней приютом построили в самом начале ХХ века в тихом и нешироком Поповском переулке, известном среди горожан еще и как Малая Павловская. Он присутствует на плане Кишинева уже в 20-е гг. позапрошлого века, т. е. когда новый верхний город только планировали, а
улица Купеческая (позже – Котовского, ныне – В. Александри) даже на бумаге заканчивалась, не доходя до нашей улочки на квартал.
Что же касается превратившегося ныне в руины здания синагоги с богадельней, то выстроена она была на средства бессарабских миллионеров Перельмутера и его зятя Клигмана (к слову, особняк Клигмана с прекрасной оранжереей во дворе, что на углу Шт. чел Маре и Сф. Цэрий, после войны много лет служивший стенами художественному музею, знает каждый кишиневец). Эти две семьи и содержали дом престарелых, содержали в образцовом порядке. В 1913 году М. Клигман внес в фонд богадельни 125 тыс. золотых рублей и передал ее вместе с денежным фондом в общественное ведение, продолжая делать щедрые пожертвования.
Кстати, эта богатая семья помогала не только своим бедным единоверцам. Так, Моисей Клигман и его супруга Сура в 1929 году пожертвовала голодающим Бессарабии по 15 тысяч леев каждый (список внесших пожертвования был опубликован в «Бессарабском слове» от 28 января 1930 года).
«Изящный маленький дворец» — такое впечатление на современников производило это здание с выступающими вперед массивными ризалитами с декоративными башенками наверху, проемами окон в виде устремленных ввысь арок. Высокий молельный зал синагоги освещался окнами, расположенными в два яруса, а здание богадельни было двухэтажным, с комнатами, распределяющимися вдоль коридора, но ее фасад точно повторял декоративные мотивы синагоги, и комплекс из двух зданий выглядел единым, украшая улицу Поповскую.
Узкой тенистой улочкой Поповская оставалась и когда ее переименовали в str. Miron Costin (1924–1944 гг.), и когда она стала называться Советской, а в комплексе богадельня-синагога с 1948 года расположилась типография «Реклама». Рядом, в пристройке, было Управление материально-технического снабжения Госкомиздата МССР, во дворе – склады с бумагой. С развалом СССР развалилась и государственная полиграфическая отрасль, в пристройке начало работать предприятие-преемник POLIGRAF-SERVICE, и до сих пор находящееся по адресу Р. Цирельсон, 8. «Изящный маленький дворец» к тому времени нуждался в срочном капитальном ремонте, но за неимением средств был покинут. Пустующее здание стало разваливаться на глазах, включая фасад, долгое время сохранявший первозданный облик. Год назад Еврейскому конгрессу Молдовы удалось выкупить внесенные в Государственный реестр как памятник архитектуры развалины комплекса (ГП POLIGRAF-SERVICE было выставлено на инвестиционный конкурс) за 5 миллионов леев на условиях обязательного инвестирования в восстановление исторических строений под контролем Министерства культуры РМ, и у кишиневцев появилась надежда, что Кишинев окончательно не утратит свое историческое лицо.
А соседний дом №6, который только отдельные старожилы могут помнить как хедер, гораздо большее же число кишиневцев знает в качестве Республиканской станции юных туристов, еще держится. Он был выстроен во второй половине XIX века. Сейчас домик довольно непригляден и внутри был основательно перестроен, но остается примером неоклассики с еще сохранившимися пилястрами дорического ордена, поддерживающими гладкий фриз под карнизом дома.
№4 (к. XIX в.) изменен с момента постройки еще больше – входная дверь превращена в окно, окно – в дверь. Но лепные медальоны, розетки, растительный орнамент над оконными рамами на этом здании, эклектичном изначально, а теперь и вовсе смешавшем архитектурные стили трех веков, сохранились.
В бывшем городском особняке конца XIX века, что под № 2, утеряна галерея, связывавшая парадный и задний фасады этого одноэтажного здания на высоком фундаменте. Его планометрия основывалась на анфиладе идущих друг за другом, по кругу, помещений, но в послевоенное время он был поделен на отдельные квартирки. Оштукатуренный фасад лишился части смоделированных из раствора декоративных деталей, но в целом и он еще хранит изначальный облик.
Все четыре здания четной стороны улицы Р. Цирельсона, до единого, внесены в реестр памятников истории и культуры локального значения.
А куда же подевалась нечетная сторона узкой улочки Поповской - М. Костин - Советской, что тянулась от Иринопольской (ныне ул. Октавиан Гога) до А. Хыждэу (Alexandru Hâjdău) (изначально – Яковлевская, затем Петропавловская)?
На ее месте сегодня – подобие газона, а здания исчезли, словно растворились в воздухе. Конечно же, способ их исчезновения гораздо прозаичнее. Их снесли, расширяя в середине в 1983 году улицу Котовского (нынешние ул. В. Александрии), к этому времени соединившуюся с Котовским шоссе (ныне Хынчештское шоссе, а изначально – Ганчештская дорога, тянувшаяся из Кишинева к селам юга Бессарабии). Дабы превратить ул. Котовского в одну из стратегических магистралей города, ее протянули, пожертвовав одной стороной улицы Советской, до ул. Ильяшенко (ныне Албишоара). Так что теперь дома №№ 2-8 улицы Рабби Цирельсона расположены на бывшей Поповской - М.Костин - Советской, а №№1-5 – на бывш. Котовского, где изначально, в начале XIX века, был Вдовий переулок. Такова цветистая и немного запутанная история крохотного уголка нашего многонационального и поликонфессионального города, где уживались и попы, и раввины, города, повидавшего немало перемен на своем веку.
Материал подготовлен: Кудрявцева Елена
Все статьи рубрики